Зэчку с трудом взяли упаковщицей на мебельную фабрику. Хозяин не знал, что она когда-то запускала такую же линию В половине одиннадцатого начальник производства уже третий раз требовал «ускорить упаковку», а Светлана смотрела не на него, а на одну и ту же тележку, которая за сорок минут дважды проехала мимо её стола в разные стороны. На ней лежали детали из срочного заказа, который должны были отгрузить вечером. Светлана ничего не сказала. Неделю назад ей уже объяснили, что человек с её прошлым должен радоваться самому факту, что его взяли на работу, а не рассказывать другим, как устроить производство. Она только запомнила номер на этикетке. Через час эта же тележка появилась снова. И тогда Светлана поняла, что к вечеру разговор пойдёт уже не о том, почему упаковщица «лезет не в своё дело». На собеседованиях она перестала оправдываться После освобождения Светлана два месяца искала постоянную работу. Ей нужен был официальный договор, понятный график и место, куда можно утром прийти и спокойно отработать смену. На вакансии она откликалась через сайты поиска работы. Где-то не отвечали, где-то созванивались, а потом разговор менялся, когда Светлана сама объясняла, почему в трудовом стаже появился большой перерыв. В одном небольшом цехе руководитель сначала сказал: — Вы нам подходите. Выходите в понедельник. Через двадцать минут перезвонил. — Мы всё-таки другого человека возьмём. — Понятно. — Вы только не думайте ничего такого. Светлана уже ничего такого и не думала. К этому времени она научилась слышать отказ ещё до того, как его произносили. На мебельную фабрику её пригласили после разговора с кадровиком. Производство было небольшим: два цеха, склад и участок упаковки. Делали шкафы, тумбы и комоды. Собеседование проводили Сергей Андреевич, владелец фабрики, и Олег Петрович, начальник производства. Второй несколько раз просмотрел её электронное резюме на ноутбуке. — Последнее официальное место давно было, — заметил он.